Он сел и увидел, что находится в комнате с наклонным потолком. В нижней части маленького окошка скопилось немного грязного снега. Помимо постели, которая состояла лишь из матраса и одеяла, никакой мебели в комнате не было.

Глухой удар потряс здание. С потолка посыпалась пыль. Вильям встал, схватился за лоб и, пошатываясь, побрел к двери. Она привела его в несколько большее помещение, а точнее, в мастерскую.

От следующего удара щелкнули зубы.

Вильям попытался сфокусировать взгляд.

В комнате было полно гномов, которые работали за двумя длинными верстаками. А в дальнем конце комнаты гномы толпились вокруг какого-то сооружения, напоминающего замысловатый ткацкий станок.

Снова раздался глухой удар.

Вильям потер лоб.

— Что происходит? — спросил он.

Стоявший ближе к нему гном поднял голову и толкнул локтем в ребра своего соседа. Толчок быстро распространился по гномьим рядам, и вдруг комната от стены до стены погрузилась в настороженную тишину. Несколько дюжин гномов с серьезными лицами уставились на Вильяма.

Никто не умеет смотреть пристальнее, чем гном. Возможно, это объясняется тем, что между положенным по уставу круглым железным шлемом и бородой виднеется лишь очень маленькая часть лица. Лица у гномов всегда очень сосредоточенные.

— Гм,— сказал Вильям.— Привет?

Первым вышел из оцепенения гном, стоявший возле станка.

— Приступайте к работе, ребята,— велел он, подошел к Вильяму и уставился ему в промежность.— С тобой все в порядке, ваша светлость?

Вильям поморщился.

— А что, собственно, произошло? Помню повозку, потом что-то вдруг ударило...

— Она от нас укатилась,— пояснил гном.— И груз соскользнул. Прошу прощения.

— А что с господином Достаблем? Гном наклонил голову.

— С тощим типом, торговавшим сосисками?