- Да?
— Ты решил вторгнуться в город или что? Снова возникла пауза.
— Что?
— Что «что»? — осведомился Колон, поднимая ставки.
— Что за другие варианты?
— Ну, ты, в лодке, ты меня не путай... Ты вторгаешься в этот город или как?
— Нет.
— Ну и ладно,— сказал Колон, который в такую ночь готов был поверить любому на слово.— Тогда проваливай, да побыстрее: мы вот-вот опустим решетку.
После некоторых раздумий плеск весел возобновился и начал удаляться вниз по течению.
— Думаешь, было достаточно просто спросить? — поинтересовался Шнобби.
— А кому об этом знать, как не им? — пожал плечами Колон.
— Да, но...
— Это была крошечная лодчонка, Шнобби. Нет, конечно, если ты хочешь совершить приятную прогулку по обледеневшим ступеням вниз к причалу...
— Не хочу, сержант.
— Тогда давай возвращаться в штаб-квартиру.
Вильям, подняв воротник, спешил к граверу Резнику. На обычно оживленных улицах почти никого не было. Только неотложные дела способны выгнать людей из домов в такую погоду. Зима обещала быть действительно скверной, похожей на холодный овощной суп из промозглого тумана, снега и забористого анк-морпоркского смога.
Взгляд Вильяма вдруг привлекло небольшое освещенное пятно рядом со зданием Гильдии Часовщиков. В центре пятна сидела какая-то сгорбленная фигурка.
Он подошел ближе.
— Горячие сосиски? В тесте? — произнес лишенный всякой надежды голос.
— Господин Достабль? — удивился Вильям.
Себя-Режу-Без-Ножа Достабль, самый предприимчиво неудачливый бизнесмен в Анк-Морпорке, посмотрел на Вильяма поверх лотка для жарки сосисок. Снежинки с шипением падали на застывающий жир.
Вильям вздохнул.
— А ты сегодня припозднился, господин Достабль,— заметил он вежливо.